shoorick

Очередная порция:

30.08, пятница

06:00. Кто-то чешет мою рыжую бороду. Просыпаюсь — Макс будит: «Шурик! Вставай в караул!» Проснулся, переполз в кресло. Кроме меня не спит Саня — бдит.

По вокзалу бродит скучающий сержант милиции, гоняет местное население, дрыхнущее на лавках: «Кто такой? Куда едешь? Вон твоя электричка, иди отсюда!» В восемь утра народ стал потихоньку просыпаться — привычка!

Пошли с Саней искать воду и дрова. Нашли в соседнем здании воду (на вокзале — нет), а рядом с ним — деревянный дом под снос. Посовещались с Адмиралом: «Только чай!» — сказал он. В 8:22 пошли. Начинается рабочий день, приходят мужики ломать дом, нас попытался было выгнать бригадир, но мы уже и без него заканчивали и всё же довели чай до кипения. Завтракаем лепёшками с паштетом и рыбными консервами. Затем — набег на город. Город выглядит жутковато: разваливающаяся деревня, перемешанная с рассыпающимися хрущёбами местной модификации. На улицах — грязь. Кроме киосков и магазинов жутковатого вида — ничего. Вокруг — всеобщее уныние. Даже местные девушки — страшные! Ассортимент торговых точек обширен, но ничего интересного нет, точнее говоря, среди имеющегося нам ничего не надо — всё это есть и дома. Продовольственными вопросами занимается Саня — на то он и завхоз.

Днём Боря нашёл столовку в вагонном депо — цены там низки, а кормят вкусно. Пообедали. По пути из столовой, переходя пути по мосту, увидели колесо обозрения и парк культуры. Но туда решили не ходить. Чё там делать? Обед оказался столь плотным, что ужинать и не хочется.

Наш поезд пришёл практически вовремя, опоздав всего на пять минут. Шустро забросились, стартовали в 16:10 (здесь и далее время московское). Вагон — шикарный: новый чистый. На нашей железной дороге такой фиг найдёшь: вагоны у нас старые и жуткие, что в электричках, что в поездах дальнего следования.

Размещаемся, «зачаливаемся». Псен не поём, ложимся рано, отдельные «энтузиасты этого дела» продолжают потихоньку кирять, ибо Макс, как и обещал, отдал медицинскую поллитру. Вечером выхожу потоптаться по перрону станции Зима. Темно, ничего не видать.

Купил ещё в Черемхово пару газет. Страна, похоже, без нас не скучала: август по традиции прошёл с авариями и катастрофами.

31.08, суббота

Ещё с вечера дискутируем с завхозом на предмет времени начала завтрака: утро в его и моём понимании наступает в разное время, ибо я уже живу по московскому времени, а он — по иркутскому. В результате он всё-таки встал в 03:23 и долго, не менее часа, пытался сагитировать меня начать готовить завтрак. С учётом имеющихся продуктов, меню должно быть весьма и весьма обширным: «ну так сэм-восэм» блюд. Опротестовал, добился выкидывания половины из них.

Старый после вчерашнего плох — «никакосовый». Народ пить не стремится и Болгар отказывает Борису просьбе отдать ему адмиральскую заначку — у Болгара есть ещё полфляжки спирта.

На завтрак — салат из огурцов и помидоров, сыр, колбаса, лепёшки, чай-кофе. Сахар, соль и сухое молоко — по вкусу и без ограничений.

Пейзаж заоконный неинтересен: леса, горки, лесостепь — всё это можно увидеть и на участке Сыростан — Биргильда, проехав его за два часа, а не за двое с лишним суток. Чего у нас нет из всего этого — так лишь широких судоходных рек. Всё остальное — есть.

После Красноярска (8:45) особо шустрые товарищи стали просить об обеде, но Адмирал отложил его на час. Ближе к 10:30 устроили: хлеб с паштетом, зелень, растворимая лапшаю Дежурю практически один — Старины дрыхнет, да и в редкие моменты пробуждения пользы от него немного. На помощь приходит Боб.

Народ пишет пулю, я сплю (Макс и Старый — тоже), остальные наблюдают за преферансистами.

На ужин — всё та же лапша и бутерброды с колбасой и рыбой. Потом — песни. Самые стойкие отваливаются спать к 19:50. Низко над горизонтом висит рыжий огрызок луны.

32.08, воскресенье, ДР Лёхи

Утро началось с мини-базарчика в метре от нас: какая-то бабка минут пятнадцать продавала всякие шали и козьи пуховые платки. Анка тоже заинтересовалась пушистой продукцией. Я попытался было её отговорить: дескать, платки-то надо брать поближе к Оренбургу, а Челябинск-то к нему всяко ближе, чем паровоз, ползущий по новосибирским степям, но безрезультатно. Ну да ладно, Анка — девушка взрослая, сама в силах решать.

Народ потихоньку просыпается, завтракает, садится играть в преферанс. За окном — плоская лесостепь да лесостепь кругом — надоело. Стелется туман. Разминаю мозговые извилины, решаю японские кроссворды.

«Бравые ребята: таможенник и пограничник», коими нас пугало поездное радио, не пришли — тоже хорошо. Приходили только какие-то железные дорожники явно ревизорского вида (не люблю контролёров!), пытались придраться к трубам, но умудрённый опытом Болгар при поддержке Макса всё тихо-мирно разрулил. Проходили ещё менты, что ехали в паровозе всю дорогу, увидели столовый нож, сказали было: «Мужики! Ну вы хоть нож-то спрячьте!», но мы им тут же объяснили и показали, что сей предмет — китайский десятирублёвый, гнётся легко, и, поскольку сталь лезвия мягка, а толщина — меньше миллиметра, к холодному оружию ну никак не относится. Мило потрепались с ними ещё минут пять на тему туризма и холодного оружия. И менты людьми бывают...

За пару часов до прибытия решили попеть напоследок. За полчаса — стали собираться. Ближе к Челябинску сибирский туман развеялся, похоже дома хорошая погода. Это радует!

Прибыли минут на пять раньше, в 19:26. На перроне — встречающие: Батурин-ага с Леной, Костя Коняев, Димка Отёкин со своей мамой (соответственно, женой Палыча), женское население Бирюковых (жена и дочь Бориса). Постояли чуток, я при весьма хилой поддержке населения спел «А всё кончается» — совсем традиций не блюдут! Эх, Констинну б сюда! А нету! Ни ВК, никого из сестёр, ни Алёнки. Абыдна! Взяли барахло, пошли. Увидели Соколова, что шёл нам навстречу. Обрадовались. Дошли до дороги, и увидали в паре десятков метров от автобуса, ждавшего нас, очередную партию встречающих: Алёнку, ВК с Натахой, Бороду (он провожал нас; кажется, Юрием Семёновым его зовут), Серёгу Калиша с другом (забыл как зовут, он провожал нас весной на Инзер). Это веселее!

Погрузились в автобус (КаВЗ), рванули в клуб. Бóльшая часть народа уехала по домам своим ходом. Приехали, выгрузились. Костя предлагает выпить, ибо у него есть, но Болгары с Дунаевым тут же на автобусе рванули на Северо-Запад, по домам. Оставшиеся: Макс, я, Костя — разгружаем, сочувствующие: ВК с Натахой — присутствуют рядом. Отметили, у Кости оказалась с собой поллитра спиртовой настойки золотого корня. Эх! Хорошо идёт, куда легче тёплой разводяги. Впрочем, меру мы знаем: завтра ведь на работу идти, посему весьма скоро закругляемся.

Вот и всё, поход окончен.